Создание Югославии

1 января 1918 - 31 декабря 1918         -нет--нет-,

Югославия

#государство #югославия #балканы

Государство Югославия образовалось в результате объединения ряда югославянских земель. Среди них были как независимые государства - Сербия, Черногория, так и земли, входившие в состав Австро-Венгрии - Хорватия. Босния и Герцеговина. Словения и др.

Долгим был путь югославянских народов к государственной независимости.

28 июня 1389 г. на Косовом поле полегла армия средневекового сербского государства, разбитая полчищами войск турецкого султана Мурада I. С тех пор на долгие столетия над Сербией опустилась темная ночь чужеземного господства. Только в 1878 г., после опустошительных войн с турками, Сербия окончательно обрела независимость.

Черногория в течение ряда столетий отстаивала независимость в войнах против Османской империи и лишь после русско-турецкой войны 1877- 1878 гг. укрепила свою государственность.

Что касается Хорватии и Словении, то они еще в средние века потеряли самостоятельность. Хорватия в 1102 г. была включена в состав Венгерского королевства на началах личной унии, а в XVI в. сама Венгрия попала под власть Габсбургов. Тогда же стали принадлежать Габсбургам и территории, где проживали словенцы. В 1867 г. Австрийская империя была поделена на две части: австрийскую, или Цислейтанию. и венгерскую, или Транслейтанию, условные границы между которыми проходили по реке Лейте. Обе эти части формально были равны, хотя на самом деле Австрия имела ряд преимуществ перед Венгрией. В еостав австрийской части входили Словения, Истрия, Штирия, Каринтия, в состав венгерской - Хорватия, Славония, Далмация. Население этих земель было смешанным; сербы исповедовали, как и их собратья в Сербии, православие, хорваты и словенцы - католичество.

В 1868 г. между Венгрией и Хорватией было подписано дополнительное соглашение - так называемая "нагодба", которое предоставило последней дополнительные права, не имевшиеся в других югославянских землях, Хорватия сохранила свое историческое название "Королевство Далмация, Хорватия и Славония", получила право избирать местный парламент - Сабор, создавать свое правительство во главе с носителем государственной власти - баном. Хорватия посылала своих представителей в венгерский парламент, имела национальное знамя, государственный герб, местные органы самоуправления. Однако, она так и не стала независимым государством. во многом находясь в подчинении у Венгрии. Корона, помимо бана, назначала в Хорватию своего представителя - наместника или королевского комиссара, венгерский парламент мог приостановить любой закон, принятый хорватским Сабором, а фискальный аппарат, жандармерия и высшее чиновничество состояли только из венгров. Хорватия не имела своей армии, была лишена права вести международные дела.

Еще меньше прав было предоставлено югославянским областям в Цислейтании. Население Словении, Истрии, Штирии и других земель избирало свои местные законодательные парламенты - ландтаги и исполнительные органы власти, но находилось под верховным контролем со стороны наместников, которые назначались Веной. Существовало неравенство в нормах представительства в австрийский рейхсрат. Словения фактически не участвовала в работе австрийского правительства.

Нелегко складывалась судьба и боснийцев и герцеговинцев. Еще в XV в. Босния и Герцеговина были завоеваны турками, в 1878 г. оккупированы Австро-Венгрией, а в 1908 г. окончательно включены в ее состав. Население Боснии и Герцеговины (большую часть его составляли отуреченные сербы, называвшиеся "мусульманами") было ущемлено в своих гражданских правах. Эти области назывались рейхсландом и находились под юрисдикцией как Австрии, так и Венгрии. Верховная исполнительная власть в стране принадлежала генерал-губернатору, который являлся одновременно и командующим военным округом. Компетенция местных властей крайне ограничивалась, провинциальный парламент - Сабор в Боснии - был создан только в 1910 г.

Обретение свободы и независимости, возрождение государственности стало задачей многих югославянских народов.

Система дуализма все более отживала свой век. Она тормозила развитие производительных сил и вызывала недовольство югославянских политических партий. Только правивший в Хорватии блок - Хорвато-сербская коалиция - продолжал поддерживать соглашение1868 г.. остальные партии выступили за пересмотр этой системы, склоняясь к триализму. т.е. к предоставлению югославянским территориям равных прав с Австрией и Венгрией. Эти требования носили половинчатый характер, так как партии югославянских земель не поднимали вопрос о создании независимого государства, ограничиваясь его решением в рамках монархии Габсбургов. На реформистских позициях стояли и социал-демократические партии Хорватии, Славонии, Словении и Боснии и Герцеговины. Их программные положения также не шли дальше требований о расширении культурно-национальной автономии югославяских территорий.

Существенные изменения в политические программы югославянских партий стали вноситься лишь в ходе первой мировой войны, углубившей кризис дуалистической системы.

Первая мировая война привела к новой расстановке политических сил на Балканах. Болгария присоединилась к Центральной коалиции. Сербия и Черногория - к Антанте, Румыния и Греция объявили о соблюдении ими нейтралитета. Сербия, подвергшись нападению Австро-Венгрии, повела освабодительную войну, защищая свою независимость. 7 декабря 1914 г. она приняла Нишскую декларацию, в которой сформулировала цели войны. В этом документе заявлялось, что Сербия будет воевать за освобождение "еще неосвобожденных югославянских территорий Австро-Венгрии".

Война явилась катализатором исторических процессов в Австро-Венгрии. Уже само вступление в войну слабо подготовленной к военным действиям дунайской империи и поражения на фронте, которые она понесла после первых же боев, рассеяли многие иллюзии югославянских политических партий о возможности осуществления задуманных преобразований.

Пораженческие настроения появились даже среди правящих кругов империи. Граф Оттокар Чернин. будущий первый министр и министр иностранных дел (1916-1918 гг.), считал вступление империи в войну "самоубийством". "Нельзя предвидеть, - писал он, - в какую форму вылилось бы распадение монархии, если бы удалось избежать войны. Но оно, несомненно, было бы менее ужасно. Мы были обречены на гибель и должны были умереть. Но вид смерти мы могли бы выбрать, а мы выбрали самую мучительную смерть"

Сходной точки зрения придерживались многие. В Хорватии одна из ведущих политических организаций - Хорватская партия права Анте Старчевича, названная так по имени ее основателя, уже осенью 1914 г. выступила с предложением о заключении перемирия. 13 октября в органе парти газете "Хрват" была напечатана статья "Ф.М. Достоевский о войне", в которой приводились отрывки из "Дневника писателя". Великий русский писатель беспощадно бичевал воинственный прусский шовинизм 70-х годов XIX в. и осуждал политику Бисмарка. Газета задавала вопрос: нужны ли Австро-Венгрии завоевания, за которые придется платить кровью миллионов людей?

В Словении с антивоенными произведениями выступили писатели Иван Цанкар и Отон Жупанчич Они избрали жанр аллегорических сказаний. Так, Цанкар в небольшой, но исключительно сильной по воздействию исторической повести-легенде "Король Матьяш" представил славянский народ в образе древнего героя, который страстно ждет окончания войны и мечтает об освобождении от чужеземного ига.

В Боснии и Герцеговине с протестом против нападения Австро-Венгрии на Сербию выступили писатели Иво Андрич, Алекса Шантич, Светозар Чорович и др.

В ряде районов Австро-Венгрии, прежде всего в тех, где проживало сербское население - в Боснии и Герцеговине, Бачке, Сирмии(Среме), Банате и Славонии, наблюдался переход крестьян и молодежи на сторону Сербии. Только в 1914 г. в сербские войска вступило 35 тыс. добровольцев

Большую тревогу в Австро-Венгрии вызвало поражение ее войск в декабре 1914 г. от сербов в битве на реке Колубаре. В этих сражениях австро-венгерские войска потеряли почти треть своего состава "Во время Колубарской битвы, - писала английская газета "Морнинг пост", - целые батальоны австро-венгерских войск отказывались воевать". Наблюдались случаи, когда войска, состоявшие из сербов Венгрии, не шли в бой даже под угрозой расстрела. "Австрийцы. - писал временный поверенный в делах России в Сербии В.Н. Штрандтман, - расстреливали артиллерийским огнем свои поспешно отступающие части". Венгерский публицист Мадьяр Лайош писал, что уже осенью 1914 г. в австро-венгерских войсках произошел "психологический надлом", успехи сербского и русского оружия развеяли миф о возможности легкой победы имперской армии. Военные поражения австро-венгерских сил следовали одно за другим. В 1916 г. они понесли сокрушительный урон в ходе Брусиловского наступления. В 1917 г. в русском плену оказалось до 3 млн. солдат и офицеров австро-венгерской армии, причем значительная часть сдалась в плен добровольно Временные успехи Центральной коалиции в конце 1915 г. на сербском фронте не сгладили общего впечатления о слабости вооруженных сил дунайской империи: они были достигнуты благодаря германским войскам.

Впервые за годы войны значительная часть политических и общественных деятелей Хорватии, Словении и Далмации стала ориентироваться на победу в войне Сербии и держав Антанты. Еще в 1915 г. в Париже была создана организация эмигрантов из Австро-Венгрии - Югославянский комитет, переехавший вскоре в Лондон, где развернул широкую антиавстрийскую кампанию. Комитет, во главе которого стоял видный общественный деятель Хорватии доктор АнтеТрумбич, основал свои филиалы в Швейцарии, России, Франции и в странах Северной и Южной Америки. Он установил связи как с политическими партиями в самой Австро-Венгрии, так и с сербским правительством. Комитет провозгласил единство трех югославянских народов - сербов, хорватов и словенцев, назвав их одной нацией с тремя именами, и высказался за возможность их объединения в независимое государство вне рамок монархии Габсбургов.

Югославянские партии в самой Австро-Венгрии продолжали стоять на прежних позициях сохранения монархии, не поднимаясь выше требований о создании территориально-национальной автономии.

Большое влияние на эти партии оказала Февральская революция в России. Правящие круги Австро-Венгрии были потрясены и напуганы легкостью уничтожения российской монархии. Встревожен был и сам император. Генерал-губернатор Боснии и Герцеговины генерал Стефан Саркотич записал в дневнике 19 марта 1917 г.: "Вчера был у юного императора. который сказал, что мысли о мире занимают его день и ночь... Перейдя к разговору о русской революции, он сказал, что оценивает ее как событие, последствия которого трудно предвидеть". "Русская революция, - констатировал Чернин в секретном докладе Карлу Габсбургу 12 апреля. - влияет на наших славян".

Даже наиболее консервативные лидеры югославянских партий были вынуждены признать, что после свержения в России царизма управлять страной старыми методами стало невозможно. "В наше время, - констатировал один из функционеров Словенской народной партии (клерикалов), люблянский епископ Антон Еглич Бонавентура, - растут ряды демократического направления, усиливается влияние русской революции... Нам необходимо менять свои старые методы". Еглич отмечал, что большое влияние на югославян оказало программное положение Временного правительства России о предоставлении народам права на самоопределение. Идеей сепаратизма, заявил он, может воспользоваться "сербская пропаганда". Еглич призвал к расширению автономии Словении и других национальных земель Австро-Венгрии

Лидеры Словенской народной партии Янез Крек и Антон Корошец выступили с предложением рассмотреть вопрос о присоединении к Словении Хорватии и предоставлении вновь созданному объединению тех же прав, какие имеют Австрия и Венгрия.

30 мая Корошец зачитал в рейхсрате программную декларацию партии, в которой были выдвинуты положения об объединении в рамках монархии всех территорий, населенных словенцами, хорватами и сербами. "Майская декларация" - так назывался этот документ - была шагом вперед по сравнению с прежними программами партии, но и она еще не выдвигала требований об отделении Словении и других земель от монархии Габсбургов. Идентичный характер имели и программы политических партий Хорватии. Все эти организации продолжали стоять на позиции сохранения дунайской империи. Коренные изменения политической линии буржуазных югославянских партий произошли лишь в самом конце войны.

Значительное влияние на эти партии оказала Октябрьская революция в России, особенно выдвинутые ею положения о заключении всеобщего демократического мира без аннексий и контрибуций и о праве наций на самоопределение вплоть до государственного отделения. 12 ноября хорватская газета "Народне новине" опубликовала статью под заголовком ’Мирные предложения России", в которой поднимался вопрос о возможности осуществления этих лозунгов и в Австро-Венгрии. На следующий день аналогичная статья появилась в органе Социал-демократической партии Боснии и Герцеговины газете "Глас слободе", а 14 ноября - в газете "Дом", выпускавшейся в Загребе популярной в Хорватии Народной крестьянской партией Степана Радича. В статье "Новый этап русской революции" газета отмечала, что Россия вышла из войны, приняла декрет о передаче земли крестьянам и провела в жизнь ряд мер в пользу трудящихся. Вскоре Народная крестьянская партия была переименована в "республиканскую".

В Словении также происходили перемены. Лидер Словенской народной партии Антон Корошец внес 8 декабря в австрийском рейхсрате интерпелляцию о правомерности сохранения в империи устаревшей системы дуализма. "Можно ли считать, что в Австрии имеется равенство и свобода, ебли австрийцы, составляющие меньшинство населения, имеют большинство мандатов в рейхсрате, тогда как славяне почти лишены представительства, хотя они и превосходят австрийцев по численности?" - спрашивал он. Другой функционер этой партии В. Спинчич заявил: "Мы не хотим власти немцев, венгров или итальянцев. Мы вообще не хотим никакой чужой власти. Мы хотим свободы нации"

18 декабря Чешский союз, югославянская фракция и украинская фракция в рейхсрате выступили с совместным требованием о включении их представителей в состав австро-венгерской делегации на Брест-Литовских мирных переговорах с Советской Россией. "Мы хотим, - говорилось в этом заявлении, - чтобы мир был заключен между народами и народами". Австро-венгерскому правительству с трудом удалось задержать дальнейшее развитие кризиса в стране. Однако в октябре 1918 г. он разразился с новой силой. Основной его причиной стали катастрофические поражения австро-венгерской армии на фронте и революционные движения народных масс в тылу. В литературе сравнительно подробно описаны оба исторических события: 3 ноября капитулировала австро-венгерская армия. 10 ноября была свергнута монархия в Австрии, 16 ноября - в Венгрии. Империя Габсбургов прекратила свое существование, на ее развалинах стали создаваться национальные государства.

В это время Сербия, напротив, консолидировала свои силы. а ее армия, перейдя 15 сентября 1918 г. в наступление на Салоникском фронте, приступила к освобождению родины, оккупированной в 1915 г. странами Центральной коалиции. В тылу у оккупационных войск развернулось освободительное движение сербского и черногорского народов. В конце сентября капитулировала Болгария, где вспыхнуло восстание солдатских масс. 1 ноября в освобожденную столицу Белград вступили сербские войска. которые, развивая наступление, начали освобождать Воеводину. Черногорию, продвинувшись к границам Хорватии.

К этому времени сербское правительство разработало новую программу решения югославянского вопроса, согласовав ее с эмигрантским Югославянским комитетом. По Корфской декларации, подписанной 20 июля 1917 г. председателем Совета министров Сербии Николой Пашичем и председателем Югославянского комитета Анте Трумбичем. предусматривалось создание объединенного югославянского государства, в состав которого должны были войти Сербия. Черногория и югославянские земли Австро-Венгрии: Хорватия, Сербия, Словения, Босния и Герцеговина и остальные. Главой государства предполагалось избрать представителя сербской династии Карагеоргиевичей, а само государство назвать "Королевство сербов, хорватов и словенцев".

Корфская декларация исходила из принципа соблюдения конституционных прав и политических свобод и полного равенства трех народов - сербов, хорватов и словенцев, признавала свободу вероисповедания: православного. католического и мусульманского (для отуреченных сербов). Согласно декларации верховная законодательная власть осуществлялась общегосударственным парламентом - Народной скупщиной, избираемой всем населением страны на основе равного и всеобщего избирательного права при прямом и тайном голосовании. Исполнительная власть, по декларации, принадлежала правительству, ответственному перед монархом, а на местах - органам самоуправления.

В Корфской декларации, однако, отсутствовал ряд важных положений. Так. в ней обходился вопрос о правах национальных меньшинств - македонцев, албанцев, венгров и других народов. Ничего не говорилось и о компетенции органов местного самоуправления, отсутствовал пункт о правах парламентов и правительств Хорватии, Словении, Далмации и других национальных областей. В документе не было уточнено положение о прерогативах монарха, а вопрос о формировании законодательной власти был отложен до созыва Учредительного собрания.

Наряду с Корфской декларацией в югославянских землях Австро-Венгрии в конце войны существовали другие программы решения югославянского вопроса, отличавшиеся меньшим радикализмом- взглядов. Военное поражение монархии Габсбургов и разразившаяся в стране революция заставили югославянские буржуазные партии поставить вопрос о взятии власти.

Первыми к выполнению этой задачи приступили партии Словении. 16 августа 1918 г. они образовали Народный совет, большинство в котором принадлежало Словенской народной партии (клерикалов). 5 октября в Загребе возникло Народное вече Хорватии, ставшее представительным органом всех югославянских земель и получившее функции координационного центра. Буржуазные органы власти возникли также в Далмации и Боснии и Герцеговине, а в Бачке, Банате и Среме. где проживали многие национальности, был создан не один, а несколько национальных комитетов - хорватский, сербский, венгерский и румынский.

Долгое время центральное и местные народные вече не приступали к выполнению непосредственных функций, выжидая, как будут развиваться события, продолжая сотрудничать с австро-венгерскими властями. В Хорватии главой правительства стал бывший бан Михалевич, в Боснии и Герцеговине продолжал числиться в командующих военного округа генерал-губернатор провинции генерал Саркотич. Монархия Габсбургов в свою очередь до последнего момента пыталась удержать власть. 16 октября император Карл издал манифест о превращении Цислейтании в федерацию, не распространив этот рескрипт на Транслейтанию. Это половинчатое решение не могло удовлетворить ни Австрию, ни Венгрию, ни тем более югославянские народы. Оно вело к фактическому разрыву исторических связей. Оказался неприемлемым манифест Карла Габсбурга и для держав Антанты и США. Президент США Вильсон заявил 18 октября, что теперь уже поздно играть в федерализм - народы хотят получить полную независимость.

О разрыве с Австро-Венгрией заявили национальные комитеты: югославянский. чешский, польский, галицийско-украинский и румынский. 29 октября Народное вече в Загребе выступило с официальной декларацией о готовности взять власть в свои руки. Это решение поддержала Хорвато-сербская коалиция, ранее сотрудничавшая с венгерским правительством, после чего Народное вече провозгласило создание "Государства словенцев. хорватов и сербов", заявив, что оно распространяет свою власть на все юго-славянские земли бывшей Австро-Венгрии. "Государственный переворот", так называют его в буржуазной историографии, произошел мирным путем, без участия широких народных масс. Исполнительная власть была передана из рук в руки старым аппаратом габсбургской монархии. На сторону Народного вече перешли многие высшие офицеры австро-венгерской армии и чиновники венгерской королевской службы В ведение Народного вече была передана военно-морская база в Поле, которой командовал адмирал Миклош Хорти, будущий диктатор Венгрии.

Народное вече не высказалось о своем отношении к свержению монархии Габсбургов, ограничившись заявлением об отделении от Австро-Венгрии.

Новые органы власти были учреждены не демократическим путем при помощи всенародных выборов, а сверху - самими буржуазными партиями, кооптировавшими в них своих представителей. Председателем Народного вече стал лидер словенских клерикалов Антон Корошец, заместителем председателя - лидер Хорвато-сербской коалиции Светозар Прибичевич, серб по национальности.

По своему социальному составу Народное вече явилось представительством крупной и средней хорватской, словенской и сербской буржуазии и интеллигенции. Оно получило поддержку этих слоев, оказавших новой власти финансовую помощь в виде бессрочного займа в 1 млн. крон. Поддержала Народное вече и католическая церковь (православная воздержалась). О своем сотрудничестве с буржуазной властью заявили социал-реформисты, которые, однако, получили в административном аппарате второстепенные места. Левые социалисты Хорватии, Словении и Боснии и Герцеговины, напротив, отказались от контактов с буржуазной властью и стали поддерживать загребский Рабочий совет. Они имели также влияние в ряде местных органов управления в Риеке (Фиуме), Карловаце, Осиеке, Пакраце, Вараждине и в других местах Хорватии

Созданное "Государство словенцев, хорватов и сербов" (Государство СХС) оказалось нежизнеспособным. Оно просуществовало всего один месяц и два дня и не смогло выполнить ни одного своего обещания. Задуманная аграрная реформа так и не была проведена, социальные мероприятия в пользу трудящихся были объявлены, но не осуществлены, провозглашенные выборы в местные органы власти не состоялись. Народное вече словенцев, хорватов и сербов не получило официального международного признания. Только два правительства - Венгрии и Сербии - прислали в Загреб своих представителей, которые не имели, однако, официального статуса.

Народному вече не удалось выйти из войны. 31 октября оно объявило о соблюдении нейтралитета, но державы Антанты и США продолжали войну вплоть до капитуляции Австро-Венгрии. Италия участвовала в оккупации Далмации и Хорватского Приморья и после нее, ссылаясь на Лондонский договор 1915 г., по которому эти земли были признаны итальянской сферой влияния.

Местные народные вече не подчинялись центральному. Яркую картину деятельности Народного вече в г. Нови Сад нарисовал один из его членов М. Петрович. В воспоминаниях он писал: "Государственные власти перестали существовать, а местные были бессильны... Мы собирались ежедневно в 4-5 часов вечера. Каждый говорил, что хотел и сколько хотел. подчас даже о том, о чем сплетничали в городе. Кто-то из нас заметил, что если бы в комитет кооптировали писателя БраниславаНушича, то для него нашелся бы блестящий сатирический материал".

В государстве продолжала царить анархия, вызванная войной и революцией. В отдельных районах вместо распавшейся австро-венгерской армии действовали отряды повстанцев. "Люблянский Народный совет, - вспоминал словенский публицист А. Препелух-Адбитус, - располагал не более чем сотней солдат и офицеров. Пойманные и задержанные днем солдаты, возвращавшиеся с фронта, ночью расходились по своим селам. Стража, поставленная с вечера, исчезала Бог знает куда. Утром находили в караульном помещении только прислоненную к стене винтовку". 4 ноября началось вторжение итальянских войск в Далмацию.Истрию, Хорватское Приморье. Итальянцы захватили военно-морской флот, базировавшийся в гавани Пула, а также порты Триест, Котаро, Задар и Сплит и стали угрожать главному городу Словении Любляне.

Народное вече обратилось с просьбой к Сербии, Англии, Франции и США послать свои войска на побережье Адриатического моря, чтобы нейтрализовать действия итальянцев. Оно преследовало и другую цель - помешать развитию революционного движения в стране. Отвечая на призыв Народного вече. государственный секретарь США Роберт Лансинг писал: "Необходимо применить пункт 4-й соглашения о перемирии (с Австро-Венгрией. - Ю.П.}, так как только оккупация союзниками бывшей Австро-Венгрии может приостановить движение, которое, как и в России, угрожает основам общества".

Для укрепления обороны "государства" из Сербии в Загреб была прислана военная миссия во главе с полковником ДушаномСимовичем, будущим военным министром Югославии. Он сформировал отряд войск, принявших участие в обороне Любляны,Подравине и Штирии, предотвратив оккупацию этих районов не только итальянскими, но и австрийскими войсками.

В ноябре Пашич предпринял попытку обсудить с представителями Народного вече и Югославянского комитета вопрос о создании совместного правительства. С этой целью он приехал в Женеву, где встретился с Корошецем и Трумбичем. В ходе переговоров, состоявшихся 6-10 ноября, была достигнута договоренность об образовании временного правительства в Париже для последующего обсуждения вопроса о создании коалиционного кабинета с союзниками

Однако это решение не было осуществлено. Против него высказались обе стороны: принц-регент Александр, который не захотел откладывать создание югославского государства до мирной конференции, и Народное вече. не согласившееся на коалицию как с сербским правительством, так и с Югославянским комитетом.

Через неделю Народное вече переменило свое решение и само начало искать пути к сближению с Сербией. Этот новый шаг Загреба был вызван изменением обстановки в Далмации, Словении и Хорватском Приморье, где итальянские войска расширяли оккупацию восточного побережья Адриатического моря, а также резким ухудшением политической атмосферы в стране.

К середине ноября внутриполитический кризис в Государстве словенцев, хорватов и сербов достиг апогея. Из повиновения центральным властям вышли 12 местных органов самоуправления, в Баня-Луке (Босния) была создана самостоятельная республика, а в ряде районов воцарилось полное безвластие. Большое беспокойство Народного вече вызвала необеспеченность границ государства. В Далмации итальянские войска захватывали одну территорию за другой, на границе Австрии и Словении сосредоточивались австрийские войска, в Банате - венгерские воинские части.

Повсеместно возникли продовольственные трудности, плохо работал железнодорожный транспорт. Вот как описывал положение с транспортом в Воеводине член местного Народного вече М. Петрович: "Через г. Нови Сад ежедневно проезжали тысячи австро-венгерских войск из Сербии и столько же. а может быть и больше, из Австро-Венгрии в Сербию - бывшие военнопленные, интернированные и другие. Больные прибывали в вагонах для скота, где часто лежали на голых досках, не имея хлеба. Они ехали целыми днями, а многие, так и не добравшись до Нови Сада, умирали. Трупы умерших валялись на улицах, на берегу Дуная".

19 ноября областное правительство Далмации предъявило центральному Народному вече ультиматум: в ближайшие две недели решить вопрос о продовольственном снабжении страны и принятии мер по предотвращению вторжения итальянских войск, заявив, что в противном случае оно обратится с просьбой к Белграду о присоединении Далмации к Сербии. Вслед за Далмацией с идентичными требованиями выступили Босния и Герцеговина. Банат, Бачка, Срем и ряд местных органов власти Славонии.

Эти намерения подрывали самые основы Государства словенцев, хорватов и сербов, лишая его выхода к Адриатическому морю, топливных ресурсов Боснии и хлеба Баната и Славонии.

24 ноября для обсуждения упомянутого ультиматума было созвано пленарное заседание центрального Народного вече. Оно носило бурный характер. За немедленное объединение с Сербией высказались члены Хорвато-сербской коалиции и большинство других партий, против - словенские клерикалы и еще две-три организации. Позиции партий определялись их политическими и экономическими интересами. Хорвато-сербская коалиция, отражавшая интересы крупной буржуазии, потерявшей после распада дунайской монархии венгерский рынок, была заинтересована в новом рынке - на Балканах, который она могла приобрести после объединения с Сербией. Партия средней и мелкой буржуазии и интеллигенции - словенские клерикалы - опасалась конкуренции со стороны сербского капитала, а также гегемонии православной церкви. Хорватская народная республиканская партия Степана Радича была противницей монархии Карагеоргиевичей и сербского централизма, высказываясь за федеративную республику.

Некоторые партии занимали колеблющуюся позицию. К ним относилась Хорватская партия права Анте Старчевича. Она то поддерживала сторонников объединения с Сербией, то, напротив, опасалась его. Ее лидеры приняли каучуковое решение: "Войдем в Королевство Югославии как организованные республиканцы, но будем надеяться, что наши республиканские начала очень скоро приведут к демократизации конституции" - говорилось в резолюции партии. На сходных позициях стояли социал-демократы. Высказываясь за республику, они считали, что пока не нужно поднимать вопрос о форме государственного строя и что его можно решить на учредительном собрании.

После долгих споров Народное вече приняло резолюцию об объединении Государства словенцев, хорватов и сербов с Сербским королевством, направив а Белград представительную делегацию.

29 ноября делегация Народного вече прибыла в Белград. Сперва она собиралась внести в программу переговоров с сербским правительством ряд дополнений, расширяющих права Хорватии и Словении в будущем государстве, но затем отказалась от этого, послушно подписав требуемый документ. На изменение первоначальных намерений делегации оказали влияние три обстоятельства: твердая позиция сербского правительства, которое не соглашалось идти ни на какие дополнительные уступки, письменное требование председателя Народного вече Корошеца подписать соглашение с Сербией без каких-либо предварительных условий и сообщение председателя Югославянского комитета Трумбича о том, что на предстоящей мирной конференции союзники намерены иметь дело только с Королевством сербов, хорватов и словенцев, а не с эфемерным "Государством СХС".

После этого вопрос об объединении с Сербией был предрешен. Делегация Народного вече вручила приветственный адрес принцу-регенту Сербии Александру Карагеоргиевичу, обратившись с заявлением о воссоединении югославянских земель бывшей Австро-Венгрии с сербским королевством. Александр произнес ответную речь, дав клятву быть верным конституции и короне.

Историческое событие свершилось. Произошло это 1 декабря 1918 г. в 8 часов вечера в резиденции королевича Александра на Теразии в одноэтажном особняке купца Кршмановича. Официальная часть была довольно будничной, речь регента торжественной, но суховатой, заседание - строго деловым.

Население сербской столицы, напротив, встретило известие о создании объединенного югославского государства с большим энтузиазмом. Толпы людей вышли на Теразию. несколько дней длился общенациональный праздник, на улицах Белграда были вывешены три государственных флага - сербский, хорватский и словенский. Новое государство стало называться Королевством сербов, хорватов и словенцев (с 1929 г. - Королевство Югославия).

Вскоре было сформировано правительство из 20 министров. Главой кабинета стал первый помощник Пашича серб Стоян Протич, его заместителем - словенец Антон Корошец. министром иностранных дел - хорват АнтеТрумбич. Пашич был назначен главой югославской делегации на Парижской мирной конференции, его помощником стал Трумбич, секретарем делегации - бывший член правления Югославянского комитета словенец Богумил Вошняк.

На первых порах в новом правительстве были представлены все югославянские земли. Сохранялись вначале и местные органы самоуправления. В состав королевства вошли также Бачка. Срем и Западный Банат, получившие название "Воеводина". Созванные в этих странах в ноябре Народные собрания высказались за присоединение к новому государству. Черногорская Великая народная скупщина в г. Подгорице 26 ноября приняла решение о низложении династии Петровичей-Негошей. Черногория вошла в состав нового государства.

Важную роль в создании объединенного государства сыграли Франция. Англия и США. Они не только одержали победу над Австро-Венгрией, что позволило югославянским народам освободиться от чужеземного господства, но и приняли непосредственное участие в самом образовании Югославии.

В начале войны великие державы занимали в этом вопросе выжидательную позицию, поддерживая Сербию только в ее военных усилиях, но не высказываясь сколько-нибудь определенно по поводу ее унионистских планов объединения всех югославянских народов. Ни один из союзников не одобрил официально Нишскую декларацию сербского парламента от 7 декабря 1914 г., в которой провозглашалась задача присоединения к Сербии югославянских земель Австро-Венгрии. Воюя вместе с Сербией против Австро-Венгрии, державы Антанты не выдвигали задачи разрушения анархии Габсбургов и создания на ее развалинах новых национальных государств. Напротив. Англия, Франция, а с 1917 г. и США стояли за сохранение многонациональной империи, ограничиваясь предложениями о ее реорганизации на базе сначала национально-территориальной автономии, а с 1918 г. - федерализма. Это объяснялось самой стратегической задачей держав Антанты в войне - они надеялись расколоть Центральную коалицию, склонить Австро-Венгрию на свою сторону, сосредоточив все усилия на войне с Германией.

Даже в начале 1918 г. союзники продолжали лелеять эти планы. Так 5 января 1918 г. премьер-министр Англии Д. Ллойд Джордж в выступлении на конгрессе британских тред-юнионов заявил: "Развал Австро-Венгрии не отвечает нашим военным планам". То же самое повторил в послании конгрессу американский президент В.Вильсон 8 января: "Габсбургская монархия является важным бастионом (на Востоке Европы. - Ю. П.). Французское правительство вплоть до конца войны занимало сходную позицию. Активнее, чем другие союзники, поддерживая Сербию в военном отношении, оно откладывало решение о создании югославского государства до окончания войны.

Италия была противницей объединения Югославии вокруг сербского королевства. Опасаясь соперничества Великой Сербии в бассейне Адриатики и на Балканах, она выступала за сохранение слабых и разрозненных югославянских государств: поддерживала планы возрождения Черногории, высказывалась за предоставление Хорватии широких прав на автономию, что не мешало ей же посягать на хорватские территории.

Единственной из великих держав, выступавшей за создание сильного и объединенного югославского государства, была царская Россия. Заинтересованная в создании своего форпоста на Балканах, Российская империя поощряла планы сербского королевства.Однако и Россия в начале войны не поддерживала официально Нишскую декларацию, а в 1915 г. вместе с Англией и Францией участвовала в подписании секретного Лондонского договора, предоставившего Италии ряд югославянских территорий. Империалистические интересы царизма оказались сильнее соображений о союзе с Сербией.

Ссылка на источник: http://www.world-history.ru/countries_about/2141.html




Фотографии о событии




Видеозаписи о событии




Статьи о собыии



ru.wikipedia.org

Создание Югославии

www.e-reading.club

Геополитика югославского конфликта

Ближайшие события



1234...10